Category: кино

Category was added automatically. Read all entries about "кино".

Deducant te angeli. Endeavour.

He would not stay for me, and who can wonder?
He would not stay for me to stand and gaze.
I shook his hand, and tore my heart in sunder,
And went with half my life about my ways.

A.E. Housman



Сейчас будет атональное, бестолковое, потому что сказать очень хочу, но не знаю, что. Кисельные берега какие-то.

Момент, когда молоко льётся в чай - наблюдали когда-нибудь? Беззвучный взрыв. И назад уже никак его не.

"Endeavour". Oh my god, друзья. До краёв.


Чай. Paradisum.

in paradisum deducant te angeli

Не ангелы - старенький автобус.

Реквием Габриэля Форе. Пушистая чья-то, тёплая голова льнёт к окну, за запотевшим стеклом плещет влажная зелень, я захлебнулся счастьем и умер.

Это где-то рядом с Tinker Tailor Soldier Spy, с A Single Man. Сорванное дыхание, выцветшие обои, запах пригретой полуднем пыли. Рука тянется - прикоснуться? Нет: падает на полпути без сил. Покраснение носа и щёк, игла кружит молча, тихонько потрескивая. Будут раны, свои и чужие, кровь, пули, беспамятство, истошный, нечеловеческий крик. Ненужные поцелуи будут, бессонные ночи, слёзы крупными бусинами, бордовый кашемир, кружевные скатерти, больница. И будут, конечно, у загадок разгадки. А пока - paradisum: крашенные в тёмно-зелёный стены, настольная лампа, ресницы. Пшеничные в контровом.

Детективная нитка истории то и дело теряется, выскальзывает из рук и ума - да ну и бог с ней, с историей. Бог с бусинами, крючками, петельками, хоть и затевалось-то кино именно ради них. (Или?)

Collapse )

Interference/I can't

In the future we will change our numbers
And lose contact.


Доброе утро в тишину. Если кто в ней.

У меня всё хорошо. Ничего не забыла. Никого. Спасибо за письма. Спасибо за поздравления. Спасибо за перевод/обсуждение Tea with Sherlock - и простите, что не пришла прокомментировать.

Мне надо сказать. И услышать. И за руку.

Ободранная кожа и счастье одновременно.
Collapse )

В Лондоне.

Я сейчас. Если вдруг.

...не могу пока говорить, вот только что принц датский, good night, в ушах и в сердце звенит. Онемела и забилась в игрушечный замок. Дверки хлоп.

Фотографий нет. (Пока?)

PS Сообщающиеся сосуды, инъекции, прозрачное.

У кентавров тёплые руки.

"...мы тут совсем одни.
И пальцы мои теплы,
как июльские дни."
(с) Бродский


 
Не мои, его. В моих кровь стоит неверящая и холодная, как весенняя лужа под первым солнцем, а горлу не сглотнуть ни за что.

Челтенхэм. Притихшая толпа подсчитывает - дождёмся ли, нет? "Бенедикт будет подписывать, сколько сможет". Устал. Заметно. Вдруг встаёт из-за стола, оглядывает длиннющий хвост очереди и громко, по-пионерски, прокрикивает всем спасибо - за терпение, за то, что пришли, в общем - больщущее спасибо.

Бе-не-дикт. Едва ли существующий, погранично-сказочный кентавр в стеклянной клетке посреди тихого ипподрома и ночи. Рубашка голубенькая, мятая. Кудри пятернёй со лба. Распахиваю перед ним здоровенного "Винни-Пуха". Не смейтесь. С цветными картинками. Не для себя - для маленького зимнего мальчика, на хорошее какое-то "потом", на вырост. Бенька сосредоточенно пишет - нечитаемое. Забираю-обнимаю книгу, отдаю конверт, что ждал с полуудачного мая. Тихие игрушечные фотки о том, как и откуда берутся на земле те, кого быть тут не может. Почему-то казалось, что именно эти - для него и о нём. Бессловесное спасибо.

А потом... потом молча протягиваю руку, сжимаю ему ладошку - и он мою в ответ. Не отпуская, сжимаю ещё, тихонечко, дважды в ряд - и он, не отпуская, откликается той же немой азбукой. Он - я это в прошлый раз одними глазами увидела, а теперь кожей - очень... нежный, облачный. Неяркий.

Ладонь ласковая.

Да и весь - из тепла. С ним рядом - словно разом из промозглого холода с головой под нагретое одеяло.

Под катом - 54 фотки собственно мероприятия №L053. За качество не стреляйте - очень, очень далеко от сцены. Далеко, высоко и сильно сбоку. Что есть, добыто из небытия - невооружёнными глазами с моего места не было видно практически ничего. Тех. инфо: Sony Nex-5 и 55-210mm f/4.5-6.3 со всеми её несчастными, до упора, 315-ю эквивалентными мм зума + жестокий кроп.

Collapse )

Счастливого тридцать шестого и навсегда.

Бенька. Бенедикт. Пусть всё у тебя, милый человек. И тебе - за всё... Слова позже. Пока картинки :). Тёплые уголки и ветреные вершины Лондона. Твои и Шерлока.

Дышать дождём. Гладить мокрую траву и ловить в ладошки струи нежданного солнца.


Collapse )

Невозможное и фотки: ещё.

Обещала добавить сначала одну, потом пять, потом десяток с натяжкой... получайте в итоге (почти) всё, что было - дополнительных 55. Бенедикта, как любви и малинового варенья, много не бывает.



* * *

- Ты всамделишный ли? - сказал он. - [...] Откуда взялся?
- Из-за горы.
- Так ты кто есть такой?
- Я тебе скажу, кто я не есть.
- И кто?
- Фикция. Я не фикция.
- Ась?
- Фикция. Фикция, чёрт подери.


© Кормак Маккарти, "Саттри" (Саттри, которого я вижу ровно-точно-нестерпимо как Бенедикта. Ну и пусть Ноксвилл, Теннесси... кто-то у нас хотел попробовать на зуб американский акцент :).)

* * *

Он не фикция. Он взялся не из-за горы, а из-за бирюзового моря. Со всей своей вихрастостью и полупрозрачностью. Со всеми длиннющими пальцами.

В ответ на заданный не помню кем (простите великодушно) вопрос про слёзы: нет, не показалось. Нет, не свет упал так. И вправду стоят чистыми лужицами, вот-вот прольются... Щурится, смаргивает. Мокрые дорожки из внешних уголков. Почему - бог знает, то ли лампы слепят, то ли щемит где-то. Не надо угадывать. Просто внутри у него плещется то самое море, вот и всё.

Collapse )

Отсутствие как присутствие.

От лица фотографию легче послать домой, чем срисовывать ангела в профиль с неба. Опять Бродский. Ладно. Не в профиль. Не с неба. Не ангела. Но он есть, даже когда его нет.



Collapse )